«Мы учимся!»
– Денис Евгеньевич, расскажите об итогах 2015 года? Все грустно или удалось выполнить задачи?
– Любая организация, как любая система, требует пусконаладочного периода. Если сравнить Фонд с человеком, мы должны переболеть всеми детскими болезнями в процессе роста, чтобы сформировать настоящего взрослого. Мы пережили достаточно тяжелый год становления. Те ошибки, которые были допущены в 2015 году учтены, теперь нам будет работать проще. Мы учимся!
С точки зрения объема 2016 год труднее, так как количество объектов увеличилось. И наша задача на этот год – доказать, что мы можем справиться с новым объемом обязанностей. Для этого у нас все есть – и кадры, и планы. Остается пожелать только, чтобы нам дали эти планы воплотить спокойно, не меняя правил. Сейчас ведь в законодательство о капитальном ремонте вносятся одни поправки за другими, а это, разумеется, затрудняет его реализацию, потому что требуется постоянно корректировать нашу работу.
Если говорить о том, что не получилось в 2015 году. По ряду работ не состоялись конкурсы или проводились повторно. Также подвели некоторые подрядчики. Фонд ведет с ними претензионную работу. Если в деталях, то подготовлено и направлено 108 претензий по 452 объектам. На середину февраля 6 миллионов нам уже вернули. Я назову подрядные организации, качество работ которых вызвало наибольшее количество нареканий: ООО «Экопром»; ООО «Эрланг Северо-Запад»; ООО «Профи Плюс»; ООО «Айбер Констракшн»; ООО «Грант Строй»; ООО «УСМР-288 СПб»; ООО «СОЛО»; ООО «БСК»; ООО «ЛЕНМОНТАЖ»; ООО «Мирта»; ЗАО «Стройтехэксплуатация»; ООО «ТрансСтройМонтаж».
– А как можно избежать ситуаций, подобной той, что произошла в доме на Рабфаковской, где подрядчик начал ремонтировать крышу, а потом ушел. В итоге дожди залили несколько этажей?
– Конкурсная комиссия изучает документацию, и по документам у этого подрядчика все было в порядке. Потом уже выяснилось, что людей в штате не хватало, их перекидывали с объекта на объект, а в бумагах значились «мертвые души». Вариант визуально оценивать штат – не подходит, потому что никто не гарантирует, что людей не наберут для демонстрации и не уволят после получения контракта и аванса. Единственная защита – банковская гарантия, и ее мы требуем, чтобы иметь возможность компенсировать ущерб и передать дом другому подрядчику, что, собственно, и было сделано. Кроме того, сейчас на законодательном уровне прорабатывается предложение о том, чтобы ввести обязательное страхование ответственности подрядчиков. Пока же главная защита – внимание строительного контроля, хотя нужно понимать, что специалист не может находиться на доме круглосуточно, да это и не нужно.
– У Фонда остались недоосвоенные средства, они не пропадут?
– Дело в том, что в 2015 году строительно-монтажные работы финансировались из средств Санкт-Петербурга, а город выделяет деньги только по факту выполнения работ, то есть при наличии подписанного всеми сторонами акта. Соответственно, на те объекты, где ремонт не был выполнен в срок или же выполнен, но некачественно, деньги из бюджета не выделялись. Что касается средств, накопленных собственниками, в 2015 году, то они были направлены на оплату проектно-сметной документации, подготовка которой, как вы понимаете, не зависит от сезона.
– Как реализуется требование энергоэффективного капремонта?
– Во-первых, наши сотрудники до и после ремонтных определенного списка работ производят обследование при помощи тепловизоров. Во-вторых, отдельные виды работ уже включают мероприятия по повышению энергоэффективности. Так, в проектах и сметах предусмотрено, что при проведении ремонта фасадов в парадных должны быть установлены современные стеклопакеты. Случаев, когда собственники хотели провести какие-то дополнительные мероприятия по энергосбережению и собирали на это, соответственно, дополнительные средства, я не припомню.
– Как реорганизовали конкурсные торги, чтобы снова не уйти с конкурсами на лето, а с ремонтами – на осень?
– Мы просто начали готовить конкурсы с декабря, поэтому, думаю, что мы все успеем! На осень могут уйти разве что несезонные работы, скажем, ремонт электрики. В этом году также будут мелкие лоты, чем в предыдущем периоде. Чисто математически это означает больше возможностей для малого и среднего бизнеса.
– Изменят ли сроки перехода из «общего котла» на спецсчет, есть ли такие заявки?
– Этот вопрос должен быть адресован законодателям. Со своей же стороны могу заметить, что на 120 заявлений о переходе со спецсчета в Фонд мы имеем не более 20 обратных заявок за все время. Так что, возможно, и нет необходимости в поправках?
– Фонд уже начисляет пени, много ли должники уже заплатили?
– В 2015 году мы ждали поступлений от собственников в размере 3,1 миллиарда рублей, но получили только 2,6 миллиарда. Собираемость взносов – 85%, естественно, есть должники. С сентября собрано около 4 миллионов рублей пени. Оценить эту сумму пока не просто – много это или мало. Но все до копейки уйдет на ремонты.
– Удалось ли решить кадровый вопрос?
– Штат укомплектован, всего у нас 376 сотрудников.
– Как решается вопрос аварийного по факту жилья, которое не признано таковым?
– Это тоже вопрос не в нашей юрисдикции. Признает аварийными помещения районная МВК, здания – городская. Однако теперь появилось понятие «аварийная строительная конструкция». Это, например, балка в аварийном состоянии или балкон, которые подлежат ремонту. И вот ими мы будем заниматься! Добавлю, в целом, что когда план на 2016 год будет выполнен и Фонд отработает в спокойном режиме от зимы и до зимы, многие вопросы уйдут сами собой. Появятся, конечно, новые, но они уже будут связаны с практикой, а не с теорией и опасениями, что что-то не получится. Словом, дайте нам отработать этот год!